ИНТЕРВЬЮ НА УДАЛЕНКЕ. ВЫПУСК 40
Татьяна РОМАНЕНКО (Тутта Ларсен)
Телеведущая, журналист

Сегодня идет десятая неделя этого проекта, когда, либо каждый день, либо в последние две недели чуть реже, беру интервью у самых интересных людей. С ними хочется поговорить, как о нынешней ситуации, так и о многих важных и интересных вещах, о которых мы в нашей быстротекущей жизни поговорить не успеваем.
Здравствуйте, Танечка!

– Здравствуйте, Елена! Здравствуйте, все! Надеюсь, все хорошо себя чувствуют, все здоровы.

Будем надеяться, что все хорошо, что у нас все пройдет удачно. Спасибо, что согласились.
БЛИЦ!
Первое, что вы сделали сегодня утром?

– Включила wi-fi, залезла в телефон.

Знаете ли вы лично людей, которые больны коронавирусом?

– Да.
Много?

– Достаточно. В моем окружении уже больше десяти человек, которые так или иначе больны или переболели. Знала нескольких священников, которые, к сожалению, ушли.

Вам страшно в этой ситуации?

– Нет.

Последний фильм или сериал, который вы посмотрели?

– Начала смотреть третий сезон сериала "Мир дикого Запада", который очень люблю. Но пока меня не очень радует то, что увидела, и я дозирую. Честно говоря, в этой новой реальности у меня вообще нет времени ничего смотреть, еле-еле читать успеваю.

Вот-вот, у меня как-то тоже не хватает времени на сериалы.

У счастья, что есть: вкус, цвет, запах, тактильность? Для вас счастье в чем выражается?

– У счастья есть вес.

Можете объяснить?

– Ощущение плотности бытия, какой-то наполненности. Как когда телефон заряжен, у него максимальная шкала зарядки.

Если бы вы могли переиграть один поступок, одно событие, что бы это было?

– Никогда бы ничего не стала трогать.

Чего вам не хватает прямо сейчас?

– Мне не хватает города. Скучаю по доковидной Москве.

Вы за городом семьей?

– Да, мы далеко за городом. Уже два месяца живем в 160 км от Москвы в абсолютном раю относительно большинства россиян, которые заперты в квартирах с детьми. Но этот рай периодически становится поперек горла, поскольку я здесь поневоле, а не потому, что хочу здесь провести все два месяца. Меня угнетает, не хватает свободы передвижения.

Когда готовлюсь к интервью, читаю о своих гостях в Интернете. Набирается какое-то количество фактов, которое мне хочется подтвердить у гостя, ибо мы знаем, что не всегда в Интернете пишут правду. Буду зачитывать что-то из того, что меня заинтересовало или попалось, а вы скажете, так это или нет.

– Окей.

Вы Татьяна Анатольевна Романенко по паспорту.

– Да.

Меня удивило, что в "Википедии" под фотографией подписано украинским текстом Тетяна Анатоліївна Романенко.

– Тетяна потому, что родилась в Украинской ССР. Какая-то часть моего прошлого внезапно оказалась за границей.

Вас назвали в честь вашей бабушки Татьяны.

– Да.

Ее не стало в 2017 году. Для вас это тяжелая потеря была?

– Да, это была тяжелая потеря. Хотя ей было 88 лет, и было понятно, что каждый день ее может стать последним, она довольно плохо себя уже чувствовала. Она так красиво ушла, но мне на ее похоронах было, скорее, радостно, чем грустно. За ее уходом последовали некие мистические события, связанные с захоронением, которые еще больше укрепили меня. Поскольку я верующая, то верю, что смерти нет, но в случае с бабушкой, это был новый привет от нее.

Можете рассказать?

– Это довольно мистическая история, связанная с тем, что хотели похоронить бабушку на одном кладбище, но вся эта кладбищенская мафия довольно жестко препятствовала нашим планам. Этим занималась не я, а бабушкин сын. Бабушка просила ее кремировать, но хотела быть захороненной глубоко в урновой могиле, которую копают на полметра. Мы купили более дорогую могилу, которая гробовая, но по контракту у нас было обязательное захоронение. Когда приехали, обнаружили, что нам предоставлено захоронение не урновое, еще и на помойке с запахом – кошмар. Написала об этом душераздирающий пост в Facebook. Как всегда бывает, через Facebook пришли люди, которые предложили помощь.

Предложили помощь тем, чтобы похоронить бабушку на одном из старых кладбищ Москвы, на котором была похоронена бабушкина двоюродная сестра, которая погибла в юности, она была стюардессой. Бабушка всегда говорила, что ее сестра лежит на этом кладбище под памятником с самолетом. Поехала на это кладбище и думаю, заодно найду бабушкину сестру, потому что никогда не видела, где она похоронена. Бабушка туда ходила, а я нет. Начала ходить по этому кладбищу, увидела один памятник с самолетиком, другой памятник с самолетиком и вдруг поняла, что на этом кладбище целые аллеи памятников с самолетиками, там вообще хоронят авиаторов. Честно говоря, так от этого обалдела, поняла, что не найду. Когда мы встретились с администрацией, выяснилось, что такое место легендарное. Короче поняла, что бабушкину сестру там точно не найду. Бабушкину сестру звали Густава, поэтому уверена, что не так много людей под этим именем похоронено под памятниками с самолетиками. В любом случае, отказалась даже от идеи ее найти.

Когда нам показали место на кладбище возможное, где можно купить землю для бабушкиного захоронения, нам показывают место на аллее, я поворачиваюсь и вижу Густаву практически на соседнем памятнике. Там сотни тысяч захоронений. Причем у нее была другая фамилия, была фамилия ее мужа. Она успела выйти замуж перед тем, как разбилась. Ее муж требовал, чтобы она ушла со своей стюардесской работы, но подружка просила подменить ее, это был последний рейс, она уже уволилась. Она разбилась в конце 60-х годов в Петербурге. Считаю, что бабушка меня за руку привела.

Спасибо за эту историю, она действительно удивительная.

Ваш папа ушел из семьи, когда вам было семь лет. Вашим отчимом стал бывший муж папиной новой жены.

– Да.

Потрясающая история. У моей подруги есть такая же история, когда они обменялись женами-мужьями. Для вас это был тяжелый удар?

– Тяжелый удар, да. У папы с мамой были всегда очень хорошие отношения, вообще непонятно было, откуда возникла альтернатива у папы в жизни. Ударом было то, что взрослые справились как-то сами с этой историей. С тех пор они хранят между собой какие-то более-менее паритетные отношения. Они не ссорились, не ругались, выяснение отношений прошло мимо меня. Они очень странно определили график посещения детей, там было тоже двое мальчиков. У папиной новой жены был какой-то болезненный непонятный принцип, что отчим должен видеться со своими сыновьями не чаще раза в месяц. Мои тогда сказали: "Тогда и папа Таню будет видеть раз в месяц", – это было очень мало и очень тяжело. Не было мобильной связи, не было Интернета, мы с папой почти не разговаривали по телефону. Виделись раз в месяц, он меня выгуливал как собачку, приносил конфеты и апельсины, ездили в парк или ходили в кино, потом меня привозил и уезжал. Мне это было совершенно непонятно, мне этого не хватало. Очень много лет для меня это было проблемой в моих внутренних отношениях с папой. Совсем недавно у нас с папой отношения возобновились и стали очень теплыми снова. До начала всей этой самоизоляционной истории папа приезжал раз в несколько месяцев, жил у нас, познакомился с внуками. Хотя бы он какое-то присутствие обозначил в нашей жизни.

У вас есть сестра, которая мамина и отчима. По папе есть сводные братья и сестры?

– Да, у папы есть сын, который моложе меня на 19 нет.

Вы общаетесь или нет?

– Мы очень мало общаемся. Женщины очень странно себя ведут вообще. Жены моего папы не сказать, что...

Это уже третья жена?

– Да, это третья жена. Там все немного странно. Мы несколько раз виделись, ездили к ней в гости, даже с ночевкой, и папа пару раз приезжал со своим сыном в гости сюда, в Москву.

Как его зовут?

– Кирилл.

С сестрой у вас сейчас хорошие отношения? Вы говорили, что вас заставляли ее нянчить, поэтому вы это сильно не любили.

– Как и всякие. Она меня младше на 9 лет.

Но отношения наладились уже во взрослой жизни?

– Конечно. У нас наладились отношения, когда она уже была подростком, ей было лет 14. Тогда я уже давно была в Москве. Уехала, когда ей было семь. Мы каждое лето приезжали гостить домой, и в какой-то момент поняла, что у меня классная сестра. Мне с ней интересно, она умная, развитая, современная. Так получилось, что моя сестра – человек мира. Она потом немного пожила и поработала в Москве, потом вышла замуж, и они быстро уехали по всему миру мотаться с мужем. В итоге они граждане Австралии, лет восемь жили в юго-восточной Азии, сейчас перебрались в Малайзию, застряли на карантине в отеле и решили там пожить. Они настоящие хиппи в этом смысле. У них двое детей прекрасных и бизнес, который позволяет им так свободно перемещаться по миру.

Вы родились в Макеевке рядом с Донецком, росли в поселке Ханженково-Северный. Правильно?

– Да.

Оттуда ездили по 2,5 часа в один конец к репетиторам в Донецк.

– Да, занималась языком и литературой, чтобы поступить на журфак.

До этого вы хотели стать актрисой, но, пожив в гостинице при Одесской киностудии, увидели весь быт актеров и поняли, что это не ваше.

– Да, это был год 1984 или 1986, самый разгар застоя. Люди, приехавшие сниматься на Одесской киностудии, вынуждены были жить в этой гостинице, которая была не очень приспособлена для жизни с семьей и с детьми. Там были тараканы и суп кипятильником, очевидный блуд не очень разборчивых взрослых, и меня это очень оттолкнуло.

Вы окончили школу с золотой медалью и поступили в МГУ с первого раза.

– Да.

Что вы первое запомнили в Москве? Было голодно жить? Это 1991 год. Путч прошел, когда вы поступили, или как раз в это время?

– Поступила в июне, а путч начался в августе. Поступила в Советском Союзе, а приехала учиться уже в Россию.

Союз развалился 25 декабря, но формально все уже знали, что той страны нет.

– Поступала еще как гражданка одной страны. Союз развалился в декабре, но все институты пока работали для меня так же, как и для тех, кто родился в Москве.

То есть, годом позже вы бы были уже гражданкой Украины.

– И поступала бы только на платной основе, а так поступала на бюджет по общим проходным баллам, моя золотая медаль еще один балл добавила. Поступала с паспортом гражданки СССР. Потом много лет с этим паспортом мучилась, поскольку в августе приехала с этим советским паспортом, а потом Украина стала Украиной, а Россия – Россией, у меня не было гражданства, не было прописки, кроме как в общежитии. Был загранпаспорт, полученный через украинское консульство в Москве. Потом, когда вышла замуж за москвича, у меня была очень странная справка с фотографией на тонкой, почти туалетной бумаге, на которой было написано, что я замужем за москвичом, это был даже не вид на жительство. Эту бумажку всегда очень долго изучали все: вроде бы официальный документ, но довольно редкий. Смогла получить российское гражданство только в 2004 году, причем за меня ходатайствовал очень крупный чиновник перед начальником УФМС России. Тогда уже была Туттой Ларсен, получала какие-то награды, и обо мне писали в журналах, но не могла получить гражданство – это было физически невозможно. У меня не было столько времени и сил стоять в очередях, тогда еще много народа ломануло с Кавказа прописываться здесь и принимать гражданство. Люди просто жили в этих ОВИРах! Несколько раз подавала, и несколько раз разворачивали документы по каким-то необъяснимым причинам. Получается, приехала в Москву в 1991, а гражданкой России стала только в 2004.

Менты останавливали, взяток требовали, что нет гражданства?

– Нет, у меня была легальная бумажка, просто это был ненормальный документ. Она уже пришла в абсолютно негодный вид, истерлась вся.

Получается, приехала в Москву в 1991, а гражданкой России стала только в 2004.
Фото из личного аккаунта Instagram
@larsentut

Раз вы упомянули москвича, за которого вышли замуж, вы где-то написали, что он был вашим первым мужчиной. Но после брака "вы не остались даже врагами – просто выжженная пустыня".

– Это известная история, мы потеряли ребенка. Мы прожили вместе восемь лет: четыре в гражданском браке, четыре в официальном. Потом при достаточно некрасивых обстоятельствах мы потеряли ребенка. Наши отношения разрушились до того, но потеря ребенка разрушила даже возможность взаимодействия какого-то. Так сложились обстоятельства, что вроде как мы зачали его вместе, но носила и теряла его я одна, хотя мы состояли в официальном браке.

С тех пор вы не виделись?

– Нет, мы виделись. Он музыкант, мы периодически встречались на съемках еще на MTV, на фестивалях и концертах. У меня вообще никаких чувств.

Вы его простили?

– Не знаю. Не возлагаю на него всю меру вины в этой ситуации, мне важнее было простить себя. Эта история срежиссирована нами обоими, и нашим окружением, и взрослыми. Родители его, которые рядом жили и все это видели, понимали и не могли нас, глупых детей, вразумить или помочь выбраться из этого штопора. Такое количество людей, которые косвенно или прямо в этом участвуют, прощать или не прощать, предпочитаю об этом не думать. Рассматриваю эту ситуацию только с точки моего вклада туда и тех уроков, которые оттуда вынесла.

Как тяжело было простить себя?

– Тяжелее всего было простить себя. Этот процесс вообще на всю жизнь, он никогда не заканчивается. В этой ситуации мне повезло, поскольку, когда это все случилось, я очень сильно заболела. Физические муки были настолько сильны, что они заслонили собой муки моральные. У меня был отсроченный эффект анализа всего этого, эмоциональной рефлексии, психологического потрясения. К этому пришла значительно позже, поскольку пришлось почти два года выживать физически, восстанавливать свое тело и буквально учиться ходить: у меня был сепсис и реактивный полиартрит по результатам. Сейчас понимаю, что это было благословение. Если бы не физическая немощь в таком масштабе, у меня был бы хоть какой-то шанс подумать о том, что на самом деле происходит: у нас умер ребенок, мы его даже не похоронили, с ним даже не попрощались, из меня этого ребенка достали как какой-то воспаленный аппендикс, я его даже не видела. Мы оба виноваты, наверное, что прислал господь ребенка, а мы не смогли его принять в семью, поскольку разрушили свою семью. Если бы имела возможность подумать обо всем тогда, не знаю, справилась бы. Может быть, я бы просто вышла в окно. А так мне было просто больно, и жила ото дня до следующего дня с мыслью о том, что завтра будет не так больно.

Вы после этой ситуации пришли к вере в бога, вы говорили об этом.

– Всегда была верующим человеком. Сейчас каждый вторник в своем блоге рассказываю под хештегом #какяпришлакбогу всю эту длинную историю моего воцерковления. После этой истории, скорее, не я пришла к богу, а позволила богу прийти в мою жизнь. Поняла, что не управляю этими вещами, что не главная в своей жизни. Мне нужно передать руль тому, кто действительно что-то может в ней изменить, поскольку я уже уперлась в тупик.

Вы сказали в одном из текстов, что вам пришлось каяться, что, например, вы женили геев в программе "Поцелуй на вылет".

– Да.

Вы действительно на исповеди в этом каялись?

– Да, конечно. Более того, не помню даже, это была моя инициатива или мой духовник сказал: "Зачем ты это делала в своей передаче?". Тогда мне казалось это очень веселым.

Духовник смотрел?

– Духовник смотрел. Мой первый духовник, который крестил и воцерковлял, он уже на покое. Тем не менее, он был очень деятельный, активный, у него была паства из творческой интеллигенции в основном. Он смотрел за всеми своими чадами и бдел. Он меня спросил: "Что это? Зачем ты это делала?", – но мне даже не приходило в голову. В этой же передачи была реклама контрацептивов. Помню два таких момента, когда рекламировала таблетки противозачаточные.

В этом тоже надо каяться?

– Скажем так, абортивная контрацепция и гомосексуализм моей религией не принимаются.

Вы, как человек столько работающий с музыкантами, с неформалами, вы поменяли свое отношение к этим людям? Думаю, что у вас очень много знакомых геев и лесбиянок.

– У меня очень много знакомых геев и лесбиянок, с некоторыми из них поддерживаю достаточно тесные дружеские отношения. Не могу относиться к ним плохо из-за их выбора.

Как сочетается то, что вы каетесь, что женили геев и тут же вы с ними дружите?

– Во-первых, в этой программе мы не по-настоящему женили геев. Это не было легализацией однополых браков и не являлось актом выступания за права геев. Это была просто шутка на MTV, где никогда не было никакой гендерной политики. Мы в ночи показывали и "Эротику" Мадонны, и разные другие программы, которые тогда цензурой были допущены. Это вопрос не формата MTV, а вопрос моего личного.

Сейчас, когда вы человек воцерковленный, считаете ли, что ваши друзья не имеют права на счастливую жизнь в браках?

– Нет, не считаю, что они не имеют право. На ту личную жизнь, которую они выбрали, они имеют полное право. Не за них каюсь, а за себя. В нашей религии разделяется человек и грех. Мы любим человека любого, и у любого человека есть всегда выбор. Для себя такую форму отношений принять не могу, иначе не смогу причащаться и быть членом моей церкви. Мой выбор для себя такой. Не могу каяться за свою подругу лесбиянку, которая живет с женщиной, но от этого она не перестает быть человеком, с которым мне интересно общаться. Мы с ней не обсуждаем ее выбор партнера, это ее личный выбор, не имею к этому никакого отношения. Если бы захотела выбрать в партнеры человека своего пола, тогда мне пришлось бы выбирать между ней и церковью.

Но вы не противник, что эта подруга может так выстраивать свою личную жизнь?

– Эта тема довольно болезненная, так мы можем с вами дойти до гей-пропаганды и того, как воспитывать детей в толерантности. Считаю, что каждый человек имеет право на ту личную жизнь, которую он хочет. Точно так же имею право в этом не участвовать.

Спасибо за честные ответы. У меня было еще много фактов, но так, как прошло достаточно много эфира, их сверну и перейду к важным темам.
ЖИЗНЬ УКРАИНЫ ПОСЛЕ 2014 ГОДА

Донбасс, Донецк, папа ваш там живет – что для вас эта тема после 2014 года?

– Сплошные шок и боль. У меня такое ощущение, что мы попали в другую реальность. Мой спокойный, сытый, ленивый, всегда немного инертный Донбасс, который вспыхнул только однажды, когда бастовали шахтеры в начале 90-х и отстояли свои права, вдруг превратился в ад. У меня до сих пор в голове это не укладывается, не понимаю, как такое могло произойти с прекрасным цветущим регионом. То, что до сих пор там происходит, выходит за рамки моего понимания. Могу только любыми средствами, которые есть в доступе, помогать, поскольку люди там оказались на грани гуманитарной катастрофы.

Там остались ваши друзья, одноклассники, родные?

– Конечно. Там живет папа со своей семьей. Живет огромное количество моих одноклассников, школьных друзей.

Все живы?

– Из моих знакомых никто не погиб, и никого не убило. Мама занимается волонтерской деятельностью гуманитарной, возит туда продукты и оттуда периодически вывозит людей на лечение. Также она вывозит детей в разные досуговые центры, в детские лагеря, устраивает им экскурсии в Москве. Мама говорит, что только в мае из-за обстрелов ранено пятеро детей в окрестностях Донецка.

Насколько им сложно еще в ситуации коронавируса? Там же совсем плохо с медициной.

– Там все очень плохо. Людям не хватает инсулина, не хватает элементарных вещей, которые невозможно переправить. На днях была история о том, как передать человеку упаковку голландского особого "Дексаметазона" или что-то в этом роде – гормональный препарат от астмы, но нужен был определенного производителя, человек на него особенно хорошо действует. Хоть рой подземные тоннели – нереально вообще. И так люди жили в непростой ситуации, а сейчас это вообще ужас.

Мой спокойный, сытый, ленивый, всегда немного инертный Донбасс, который вспыхнул только однажды, когда бастовали шахтеры в начале 90-х и отстояли свои права, вдруг превратился в ад.

Может, вы подскажете, как помогать фонду вашей мамы или контакты? Многие готовы помочь, но не знают как.

– У мамы не фонд, а волонтерское движение, просто человеческое движение. У них нет ни юридической службы, ни бухгалтерии, ничего. Кто вещами, кто деньгами, кто икону напишет – отвезут в храм, кто-то поехал восстанавливать храм, потому что он умеет хорошо строить и строгать. Если люди захотят реально помочь, пусть пишут мне в директ, дам мамины координаты. У них даже нет никакой витрины, просто люди собираются и что-то делают. Мама очень энергичная, поэтому вокруг себя всех людей аккумулирует.

Прекрасно вас понимаю, поскольку родилась недалеко от Донецка, в Ростове-на-Дону. Донецк по сравнению с Ростовом тогда был очень богатым шахтерским краем. Там люди жили богато, зажиточно и хорошо. Представить, что случится такое с Донецком, было невозможно. Когда вы последний раз там были?

– В 2014 году и была, незадолго до начала этих событий.

Вы сейчас невъездная на Украину?

– Не знаю. Не думаю, что все, кто родился в Донецке, невъездные автоматом. В Крыму с 2014 года не была, это тоже клеймо. Думаю, если бы поехала сейчас в Киев, меня бы могли спокойно вернуть, хотя не пробовала, не знаю. Говорят, есть сайт, на котором можно вбить свое имя и проверить, проклят ты или не проклят Украиной.

В нашем с вами детстве это представить себе было настолько нереально.

– Счастлива, что мой отчим не дожил до этого. Донбасс, шахты, он шахтер – это было его жизнью. Представить себе, что он горбатился 30 лет, весь травмированный, с легкими, заполненными угольной пылью, и таких мужчин десятки тысяч, которые всю свою жизнь положили на то, чтобы в их детей стреляли потом. Или, чтобы их жены не могли получить несчастный инсулин для поддержания своей жизни. Это очень страшно все. Особенно, вспоминая, каким сытым и красивым, даже в Советском Союзе, каким благополучным регионом был Донбасс. Если я невъездная на Украину, потому что там родилась, люблю и жалею свою родину, значит, так тому и быть.

Сегодня у нас серьезный разговор не с Туттой, а с Татьяной получается. Прочитала, что вы поженили лисенка и курицу в сказках нашего с вами детства.
ТВОРЧЕСКИЕ ПЕРИПЕТИИ

Вы играли роль камео самой себя в одном из культовых подростковых сериалов 1990-х годов, там даже Данила Козловский играл. Это сериал "Простые истины" вашего дяди.

– Да.

То есть, у вас есть дядя, один из мастеров длинного жанра, Юрий Беленький, который делает очень много сериалов. Но актрисой вы так и не стали после того случая.

– Нет, очень хотела попробовать себя в кино и провалила два крупных кастинга в своей жизни. Один раз меня Филипп Янковский пробовал на главную роль в "В движении", которую сыграла Лена Перова. Второй раз и Бекмамбетов пробовал на роль Алисы, которую сыграла покойная Жанна Фриске.

Да что вы?!

– Да, и в обоих случаях для меня был очень некомфортный опыт. Тогда поняла, для того, чтобы быть актером, нужно серьезно учиться и иметь какие-то навыки. Просто так войти в кадр и рассказать, как я могу, не так просто, как казалось. У меня был звездный час в кино один раз, но это прошло незамеченным. В результате даже этого не видела, но знаю точно, что это было очень круто. Не помню, как назывался сериал, там играла Настя Цветаева, он шел на СТС, и речь шла о хозяйке ресторана. Там была история, что есть хозяйка, у нее ресторан, вокруг которого разворачиваются разные события. Это был конец 1990-х – начало 2000-х. Меня позвали туда на эпизодическую роль, играла ресторанного критика. Была критиком, как из "Рататуя", только в женском виде: такой "синий чулок", мерзкая крыса, которая все вынюхивает, пробует, жует, выплевывает. Они, чтобы эту женщину как-то вывести из равновесия, чтобы она не поставила плохих оценок, подсунули ей африканца-стриптизера. Она приходит, ковыряется в этих блюдах, а потом вдруг рядом с ней оказывается полуголый красавец накаченный.Он вытаскивает ее из-за стола, чтобы она с ним потанцевала, в итоге она на это ведется. Это было гомерически смешно, у всей группы была истерика. После того как мы отснялись, истерика была у меня, чуть не уписалась со смеха. Это был очень классный сюжет, я так вошла в роль, мне так понравилось. Вообще из меня бы получилась неплохая комедийная актриса, судя по этому эпизоду. Режиссер был в восторге, никто не ожидал, я сама от себя не ожидала! Но в итоге даже не видела эту серию. Процесс был классный съемочный.

Дорогие режиссеры, обратите внимание.

Вы сказали, что два кастинга провалили, – это только актерские? Читала, что на первом кастинге MTV вас тоже сильно закритиковали, что вы неправильно говорите, не так себя ведете. У вас дальше были разные телевизионные кастинги?

– Да, конечно. Когда ушла с MTV, у меня было много телевизионных кастингов, которые меня абсолютно обескураживали. Десять лет на MTV проработала в абсолютно тепличных условиях, когда ты просто делаешь то, что умеешь, тебе за это еще платят деньги, получаешь удовольствие. Вообще нет никакой конкуренции, твои коллеги – это твои друзья. У каждого своя ниша, каждый занят собой и своим самовыражением. Тут я выхожу в мир большого телевидения, и начинается абсолютно непонятный треш, когда ты приходишь на кастинг квиза вести игру интеллектуальную. Тебе говорят: "Классно, здорово! Мы не знали, что вы так умеете!", – а я все умею, только новости сухие не вела. В любом телевизионном жанре умею работать: прямой эфир, большое ток-шоу, концерт, игра – что хотите. Потом мне перезванивают и говорят: "Тутта, спасибо, вы были прекрасны, но канал хочет блондинку".

Как не перегорать? Очень многие женщины и мужчины перегорают, не дойдя до своей цели. Как выжить на этих кастингах?

– Начнем с того, что достаточно рано перестала на них ходить. Не могла понять, зачем меня зовут на кастинг, где канал хочет блондинку. Я Тутта Ларсен, если вы хотите меня взять, то вы берете Тутту Ларсен. Если вы меня приглашаете на кастинг, значит вы не уверены, что вам нужна Тутта Ларсен, но я не могу быть не Туттой Ларсен. Либо вы зовете меня, чтобы просто посмотреть, как в этих условиях действую: в ваших декорациях, в вашем сценарии, но я – это я. С кастингами мы не очень подружились.

Достаточно долго находилась в провисшем состоянии, но всегда знала, что у меня есть голос и есть, что миру сказать. Была уверена, что рано или поздно этот голос снова возвышу, и свою нишу нащупаю. Это было очень тяжело, много раз впадала в отчаяние, говорила: "Все, уйду на канала "Столица" погоду читать, если возьмут", – было много нюансов, но меня всегда вело. Профессия меня любила и не оставляла без хлеба. Очень обидно, когда ты работаешь на трех телеканалах, четырех радиостанциях, а тебя при встрече знакомые спрашивают: "А ты где?". Было понятно, что такого яркого, настолько значимого, как MTV, не встречалось мне. Даже проект "Девчата", казалось бы, на центральном телеканале, мы должны были рвать подметки, но нас задвинули – в час ночи работали. Долго думала, кто нас смотрит. Кто смотрит "Девчат" на канале "Россия" после часа ночи?

Женский был вариант "ПрожектораПэрисХилтон".

– Его изначально позиционировали так, но мы очень быстро ушли от этого формата. Это было женское ток-шоу с долей юмора, очень тонкое, с очень классными партнерами, но не юмористическое. Однажды приехала с "хоккейного" эфира – прямой на Владивосток и потом в записи – домой в два часа ночи, ставлю машину на парковку, прохожу мимо, прощаюсь с охранником, смотрю – он "Девчат" смотрит. Захожу во двор, охранник в будке сидит, здороваюсь с ним, смотрю – он "Девчат" смотрит. Поняла, что наша целевая аудитория – мужчины, которые работают в ночную смену, это было очень смешно. Много лет искала себя, переработала почти на всех телеканалах.

Там большой список.

Я Тутта Ларсен, если вы хотите меня взять, то вы берете Тутту Ларсен. Если вы меня приглашаете на кастинг, значит вы не уверены, что вам нужна Тутта Ларсен, но я не могу быть не Туттой Ларсен.
Фото из личного аккаунта Instagram
@larsentut

Сейчас вы с дочкой Марфой ведете программу на канале "Карусель". У вас есть TUTTA TV – больше женский, на материнские темы.

– Да.

Это полностью дает вам возможность самореализации или не хватает еще проектов?

– Вообще обожаю наш канал "Карусель", мечтала работать на детском канале.

Вы приходили ко мне в программу "Телехранитель", рассказывали. С удовольствием смотрела вас с Марфой.

– Еще нас крутит "Первый канал. Всемирная сеть" на канале "О", тоже можно смотреть. Мне очень нравится, что стала независимой в том, что делаю. В основном, все мои проекты онлайн: TUTTA TV, мой блог в Instagram. Очень много офлайновых активностей, к которым надеюсь вернуться: паблик-токи, ток-шоу очные, пресс-конференции, – по этому всему очень скучаю, но мне, как и любому телевизионному журналисту, не хватает своей авторской передачи на ТВ. С одной стороны, очень стремно попадать в ситуацию, когда ты зависишь от людей, которые хотят блондинку, условно. С другой стороны, как будто ты летал всю жизнь на боинге, потом ушел в частную авиацию, где водишь крутые частные бизнес-джеты, ты свободен, получаешь огромное количество денег, но скучаешь по своему боингу – это твое было начало и твоя суть.

Работа в кадре на телевидении и работа в кадре блогера одинаковы или чем-то различается?

– Для меня одинаково. На телевидении чуть больше суеты с картинкой, светом, макияжем, но по тому, что говорю, как говорю – мало отличается. Другое дело, в блоге ты гораздо более гибок и свободен. Ты можешь гораздо больше сказать и получить мгновенную обратную связь – это как прямой эфир. Мой любимый жанр в тележурналистике, конечно, прямой эфир – ничего круче этого не знаю. У нас сейчас есть, кроме новостей, какие-то прямые эфирные проекты, где у тебя есть непосредственный контакт?

Финалы "Голоса".

– "Голос" тоже, но ты просто голосуешь. Имею в виду такие программы, когда люди звонили в эфир, непосредственно общались.

Таких сейчас нет.

– Этой жизни очень не хватает.

На канале "Мир" есть что-то, там люди пишут и звонят в эфиры, но это не самый крупный канал.

– В этом смысле прямые эфиры в Instagram – это новые медиа: вы можете интервьюировать меня, сидящую в 160 км от Москвы, я могу проинтервьюировать человека в США. Вот вам тот же жанр ток-шоу, час прямого эфира, плюс вопросы от прекрасных зрителей, слушателей, еще все это можно сохранить и в IGTV выложить для постоянного доступа – классно. В этом смысле у нас много свободы.

По сравнению с тем, как мы начинали и учились, то современным молодым ребятам представить невозможно, как много им дано.

В блоге ты гораздо более гибок и свободен. Ты можешь гораздо больше сказать и получить мгновенную обратную связь – это как прямой эфир. Мой любимый жанр в тележурналистике, конечно, прямой эфир – ничего круче этого не знаю.

Явью?

– Было и такое, и такое. Была одна артистка, которая вообще не могла говорить. Она так растерялась, что я за нее отвечала на свои собственные вопросы. Было пару раз, когда приходили дико пьяные люди, они что-то блеяли, мычали, приходилось их подстебывать тоже, благо, что MTV позволяет. Когда ты на "Эхо Москвы", ты не можешь над человеком открыто прикалываться, это не комильфо. Здесь шоу-бизнес давал простор. Бывало, что падали на голову осветительные приборы. Бывало, что матом ругались зрители, которые дозванивались в эфир. Был один раз, когда делала интервью с Bloodhound Gang, их басист, огромный плечистый баскетболист, начал лапать, за грудь хватать в кадре. Мне пришлось его лупцевать тоже, но это было невозможно, это все равно, что бить чугунный вагон. Он огромный, надо мной ржал, а я его лупила. В кадре это выглядело весело, все ржали, всем было интересно смотреть, чем это закончится.

Таня, приглашаю вас с мастер-классом в Школу Первого канала. Ваш опыт бесценный для наших слушателей. Как только возобновим, я вас жду, поскольку это крайне важно.

– С удовольствием. Очень важно понимать, что профессия журналиста – это жизнь. Все, что происходит вокруг – это материал для твоей работы. То, что может казаться фиаско, может превратиться, если не в победу, то в профессиональную удачу. Главное, не растеряться в этот момент и понимать, что это твоя передача, твое интервью, ты – хозяин положения. Единственная вещь, которая меня вводит в ступор – это хамство. Когда человек мне грубит в лицо или специально не отвечает на мои вопросы, видно, что он пришел, чтобы меня унизить и размазать. Тогда не вижу смысла продолжать общение. Иногда действительно можно отступить и сказать: "Извините, вы мне не подходите, я с вами работать не могу", – но такое было раза два в моей жизни.

Если у вас прямой эфир, как дальше?

– Если у вас эфир прямой, то бывает, что гости выходят из эфира. Или надо ему сказать: "Вы уверены, что хотите продолжать находиться в этом пространстве? Вы зачем пришли?" Если бы была провокационным человеком, который тоже оскорбляет людей в кадре, то здесь заслуженно имела бы спарринг и держала бы оборону, но я не провокационный журналист. Если ко мне приходит человек, который мне хамит, понятно, что он не хочет со мной общаться. Зачем пришел – непонятно, тогда давайте расстанемся, можно закончить эфир чуть раньше.

Спасибо Таня, очень интересные советы! Жду вас на "Эхе Москвы" и в Школе Первого канала.

Была одна артистка, которая вообще не могла говорить. Она так растерялась, что я за нее отвечала на свои собственные вопросы.

Луке сейчас 15 лет.

– Да.

Переходный возраст сложность принес родителям?

– Нет, Лука не трудный подросток. Нам было гораздо труднее с ним между 10 и 12 годами, чем сейчас. Сейчас он вменяемый, адекватный, с ним всегда можно договориться, он интересный, ему интересно с нами. Он хороший, очень добрый парень, мне с ним приятно общаться. Когда он был поменьше, лет в 10, у него был гормональный невменоз. Нам приходилось с его папой ходить к психологу, чтобы снять стресс, выпустить пар, чтобы психолог помог нам выстроить коммуникацию, но мы справились. У меня есть девиз: если у тебя проблемы с ребенком – это твои проблемы. Поэтому, если у тебя трудности с подростком, значит, ты где-то что-то упустил, что-то не отладил, и надо тебе начинать с себя проблемы решать.

На TUTTA TV об этом всем говорите?

– Нет, мы на TUTTA TV не успели об этом поговорить. У нас был большой план, но мы успели на те деньги, которые были, снять про беременность, роды и первый год жизни младенца.

Будем надеяться, что появятся еще деньги и вы сможете продолжить.

У меня есть девиз: если у тебя проблемы с ребенком – это твои проблемы. Поэтому, если у тебя трудности с подростком, значит, ты где-то что-то упустил, что-то не отладил, и надо тебе начинать с себя проблемы решать.
ФИНАЛЬНЫЙ БЛИЦ

Как вам кажется, коронавирус как надолго: на месяц, на год, или не знаю?

– Дело не в вирусе, отчасти это навсегда. Мир изменился очень сильно. Боюсь, что тренды в виде социальной дистанции, оцифровки всего и вся и глобальной слежки за людьми не только в плане финансовых транзакций, их геолокаций, но теперь и состояния здоровья, нас ждут. К этому просто надо быть готовым и понимать, насколько далеко этот новый порядок ты готов впустить в себя.

Как раз следующий вопрос: что после коронавируса в мире никогда не будет прежним?

– Абсолютно все, это новая эра.

Хотелось ли вам свести какую-то из своих татуировок?

– Нет. Каждая из них – это целая история моей жизни. Точно так же, как никакой поступок мне не хотелось перепоступить, так и с татуировками.

Если возможно все, где бы вы хотели начать завтрашний день?

– Там, где я здесь и сейчас нахожусь, меня все устраивает.

Спасибо большое, огромное удовольствие получила от разговора! Надеюсь на продолжение. Всего доброго, до свидания!

– Я тоже. Доброго вечера, до свидания. Будьте здоровы!
Made on
Tilda