ИНТЕРВЬЮ НА УДАЛЕНКЕ. ВЫПУСК 14
Алена ВЛАДИМИРСКАЯ
хедхантер

Алена, для начала несколько фактов, которые я нашла о вас в Интернете, а вы подтверждаете или опровергаете их.

По паспорту вы не Алена и не Владимирская, а Ольга Аринина?

– Да.

Ваша рекрутинговая компания "Pruffi" стала первой в России использовать социальные сети для рекрутинга.
– Да.

Вы продали в 2019 году свою долю в "Антирабстве" на сумму больше, чем 100 тыс. долларов?

– Да.

Время от времени вы жалеете, что начали свой стартап и говорите, что "если бы я знала, что это так тяжело, никогда бы не пошла"?
– Уже нет, уже привыкла.

У вас есть квартиры в Вологде и в Санкт-Петербурге, но нет своего жилья в Москве?

– Да.

Вам предлагали стать главой LinkedIn в России?

– Да.

Вы победили рак?

– Да.

Вы человек, который уже организовал работу компании "на удаленке".

– У меня были разные этапы, когда полностью компания была на удаленке, потом мы разрешали людям выбирать, и кто-то работал на удаленке, кто-то в офисе. В результате чего пришли к гибридной модели. Многим людям удобней работать в офисе, но несколько дней в неделю они могут работать удаленно.

Удаленка хороша тем, что мы можем нанимать людей из других городов. У нас нет истории, что мы замкнуты в Москве, в одном районе.

Когда у вас была компания "Pruffi", у вас был офис на Берсеневской набережной, а сейчас вы в коворкингах проводите встречи?

– Не то чтобы я провожу там встречи, а у нас там офис. Там хороший офис с прекрасной верандой, по которому сейчас дико скучаю. Та команда, которая обычно сидит в офисе, тоже очень сильно скучает.

Какие принципы организации работы на удаленке вы вывели для себя и для команды?

– Первое. Удаленка – это всегда больше работы.

Четко структурируйте свой рабочий день: встали, позавтракали до момента включения компьютера, переоделись в условно офисную одежду, сели и работаете. Потом – выключили компьютер, сходили на обед. Поставьте себе критерий окончания работы. У меня не позднее 23:00, потом я выключаю рабочий компьютер, но потом могу еще смотреть фильм или еще что-то делать.

Завидую, у меня пока не получается, но буду стараться.

– Это как ремонт. Ты в один прекрасный момент говоришь: "Все! Иначе я сойду с ума, я буду жить так".

Второе. Если у вас есть подчиненные, следите за тем, чтобы люди не работали больше десяти часов. Люди выгорают на удаленке, но вы этого не увидите. В офисе вы это увидите быстрее, и в офисе этого меньше, потому что есть еще дружеское общение. Следите за этим, не давайте работать больше десяти часов. У меня обратная система: у меня штрафы за то, что люди работают в выходные дни.

Третий. Вы должны понимать, когда закончится карантин, если вы дальше думаете про удаленную работу, все равно очные сессии должны быть, даже если вы работаете в разных городах. Хотя бы раз в три месяца. Во-первых, очные сессии скрепляют команду. Во-вторых, невозможно проговорить стратегии удаленно.

Если у вас есть подчиненные, следите за тем, чтобы люди не работали больше десяти часов. Люди выгорают на удаленке, но вы этого не увидите.

В чатах это безнадежно сделать.

– И как в том анекдоте: евреи, не жалейте заварки – не экономьте в этом случае на автоматизации. Удаленка предполагает очень серьезную автоматизацию, прозрачность процесса. Если в офисе просто до друг друга добежали или увидели, что сотрудник перегружен, то на удаленке вы этого не увидите, если у вас нет хорошей автоматизации.

Расширяя этот пункт, какие основные советы по автоматизации (приложения, сервисы) вы можете дать?

– Мы используем amoCRM – это история про продажи, про учет клиента, Pipedrive как основную систему хранилища данных, еще используем Slack. Несколько рабочих чатов в Telegram. У нас много технической автоматизации. Пользуйтесь тем, что больше всего популярно, поскольку оно работает при больших нагрузках. У популярных программ всегда есть служба поддержки, всегда есть рядом люди, с которыми можно посоветоваться, потому что они пользуются этим давно. Не экономьте, покупайте только платные версии: потеря знаний вам обойдется много дороже.

Так как я тоже занимаюсь хедхантингом в масштабах своего канала, недавно у меня вызрел пост о том, что будет с работой после всей этой ситуации. Подтвердите, пожалуйста, или опровергните мои выводы.

-Давайте!

После окончания карантина офисные пространства в таком объеме не будут нужны. Работодатели и владельцы будут сокращать количество арендуемых помещений.

– Я не только подтвержу, но и расскажу вам страшилку. На самом деле, будет антиутопия – офис станет привилегией! Если ты ключевое подразделение или важное по какой-то причине, ты работаешь в офисе. В остальном все будет много хуже. Будут говорить: вообще неважно, где ты работаешь, вот тебе компенсация, некоторая сумма в месяц, за которую ты должен организовать рабочее пространство. Хочешь, работай дома, хочешь – снимай коворгинг. То есть, будет некая минимальная сумма, в которую работодатель переложит все: компьютер – он уже должен быть твой, Интернет, свет, печеньки, чай, кофе, различные офисные активности.

Ты должен быть, условно, с 10:00 до 19:00 в среде, которую тебе обозначили. Будет такой стандарт, что ты должен ответить на любое офисное письмо в течение 15 или 30 минут. Если ты этого не делаешь, то засчитывается прогул. Отсюда появятся адовые коворкинги, не такие, как сейчас с красивыми с верандами. Появятся в спальных районах типа Бутово, бизнес-центрах класса "С". Коворкинги, в которых стоят столы, человек приходит и арендует место, потому что многие работать дома не смогут.

Появится еще одна вещь чрезвычайно важная. Сейчас владение офисным пакетом расширенным, например, PowerPoint, amoCRM считается привилегией, то дальше это станет отсевом. Если ты не умеешь не только работать, но и настроить лицензию, которую купила тебе компания, то ты не обеспечил себе рабочую среду – уходи, ты нам не нужен! В результате будет очень жестко.

Но самое жесткое – если ты не в офисе, вероятность продвижения очень мала, тебя во многом списали. Тот же самый call-центр сидит удаленно, но руководитель находится в офисе хотя бы три раза в неделю. Если тебя перевели на удаленку, то это означает, что компания тебя списала, ты не ключевой, и карьеру будет сделать очень сложно.

Правильно ли я понимаю, что закончилось время должностей, и начинается время конкретных обязанностей, на которые нанимают сотрудников?

– Не знаю. Должность все равно назвать надо, есть Трудовой кодекс, и никто его не отменял. Другой вопрос, я его несколько перефразирую: перестанут платить за должность. Когда закончится карантин, будет очень большая безработица. Первое, с чем придут: дорогие мои, вот вам оклад (он меньше), а остальное – все KPI.

Будет вполне конкретный KPI – задачи, показатели, он будет очень жесткий. Если в конторе раньше сидели пять экономистов, троих уволят и на двоих скинут работу. Никто не пикнет, потому что безработица будет большая. Безработица будет не только у нас, а по всему миру. Почему Испания сегодня заговорила о безусловном доходе? Потому что непонятно, как будет. Сколько времени это продлится никто не знает.

Если тебя перевели на удаленку, то это означает, что компания тебя списала, ты не ключевой, и карьеру будет сделать очень сложно.

Вы в одном из комментариев сказали, что основной пик увольнения и безработицы придется на сентябрь.

– Да. Летом многие согласятся уйти в неоплачиваемые отпуска. Провинциальный средний класс и ниже среднего уедут на дачу. Денег нет на отпуск на море, но они поедут к бабушке в деревню. Для многих станут актуальны припасы. К осени люди захотят на работу, а компании к этому моменту почистят персонал, а фонд оплаты труда – самая дорогая статья расходов.

По вашему ощущению, процент сокращений какой нас ждет?

– По индустриям очень разный. Туризм, рестораны, где увольнения и сокращения могут достигать 70%. Другое дело, что эта отрасль не очень большая. Думаю, что в медиа около 30% будет, в рекламе будет под 40%.

Еще одно мое предположение - те самые офисные пространства, которые будут освобождаться, либо новые, которые надо строить в спальных районах, – это новый вид бизнеса? Огромные центры, которые будут освобождаться, надо будет перепрофилировать?

– Никто ничего строить не будет. Да, это огромный кусок бизнеса, за который будут платить частники. Будут перепрофилироваться, прежде всего, не торговые центры, а офисные здания.

Из аренды конкретным компаниям перепрофилируются в аренду конкретным людям?

– Да. Просто приходишь арендуешь рабочее место, где есть Интернет, свет, кулер с водой, и работаешь.

В том же своем посте я написала, что рынок труда не будет прежним. Многие со мной согласились, согласитесь ли вы?

Мне после каждого кризиса говорят, что рынок труда не будет прежним – он будет прежний. Обязательно за спадом случается подъем. если мы все, по какой-то причине, не умрем, у нас не случится атомная война, которую предрекают. Сначала будет очень тяжело, потом станет проще, снова начнется гонка за людьми и снова начнут платить зарплаты, звать в офис – это цикличная история.

Мы с вами кризисов прошли немало. В какой-то момент ты не успеваешь заметить, когда все опять стало хорошо. Замечаешь, что все было хорошо, только при новом кризисе

– Нам все время немного плохо, Вспомните, полгода назад мы говорили: "так же жить невозможно! Это же ужас какой-то! Все дорожает, доллар дорогой! В Париже плохая погода!".

Я смотрела один из ваших прогнозов 2014 года: вы очень точно попали тогда с ростом онлайн-образования. А были ли у вас проколы в прогнозах, когда вы предполагали развитие или загнивание какой-то отрасли, а получалось не так?

– Наверное, проколы были, но существенных я не помню. Объясню почему: не потому что я умная, как раз нет, а ровно потому, что я общительная, как правило, на уровне первых лиц компаний, которые умные. Когда ты общаешься не с одним, ты все обобщаешь. Я общаюсь с правда умными людьми, которые построили многомиллионный бизнес в России, не в России, они видят на много шагов вперед. Сейчас эти люди говорят очень тяжелые вещи.

Какие профессии сейчас под угрозой? Какие сферы деятельности после этого кризиса под "дамокловым мечом"?

– Вся сфера туризма.

Все, что связано с ресторанами и кафе, с авиаперевозками, с международной логистикой.

Все, что связано с медиа, которые не обслуживают государство.

Все, что связано с маркетингом, не digital-маркетингом.

Все, что связано с рекламой, кроме контекста и таргета.

Под угрозой огромное количество офисного планктона – экономисты, бухгалтеры, личные помощники. С юристами сложнее, поскольку они на банкротство будут очень востребованы

Личные помощники будут сидеть на удаленке?

– Просто срежут количество. Если раньше они были у каждого вице-президента и у некоторых руководителей департамента, то сейчас оставят одного личного помощника, допустим, на пять вице-президентов.

Есть ли те профессии, сферы, которые ждут расцвет сейчас?

– Первое. Если мы успеем в эту посевную, то агро российское будет очень развиваться, поскольку все не российское агро очень дорого.

Второе. Юристы, связанные с банкротством и приобретениями: по дешевке будут скупать много нехорошего. На кассовых разрывах, на испуге будут много-много скупать.

Третье. Все, что снова возвращается. Так называемые "решалы" из 2000-х гг. – лоббизм любого уровня, умение зайти в государственные деньги, потому что у государства все равно есть деньги.

Еще по поводу отраслей: будет видоизменяться продуктовый ритейл, он с трудом это выдержит. Сейчас ему внутри меняться некогда, надо хоть как-то это пережить. Там будет большая новая революция с точки зрения людей, компетенций: другие формы логистики, другие формы магазинов.

Изменится рынок медицинских услуг. Будет огромное разочарование в платной медицине по всему миру – она оказалась нерабочей. Во-первых, возродится уходящая, в последние годы несправедливо списанная, история про медицинскую технику. Во-вторых, история госпиталей под ключ, потому что вирусы станут чаще входить в нашу жизнь и их станет больше, с ними надо будет работать.

Очень сильно изменится фарма. Сильно будет расти робототехника. Всем стало понятно, что люди – самый уязвимый товар: курьеры, водители – ничего не работает. Были бы сейчас роботы, та же самая посевная прошла бы без вопросов.

Большие изменения будут связаны с ресурсами. Можно говорить, что Трамп одиозен, Трамп не одиозен, но не зря же он в пик кризиса в Нью-Йорке, когда люди умирают в большом количестве, внезапно начал говорить о Луне и о Марсе. Он одиозный, но совсем не дурак, он не просто так говорит об истории океана - истории о завоевании других ресурсов.

Всегда на кризисе растет история войны. Война становится другой, прежде всего, это кибербезопасность, кибератаки, разметки – все это будет расти.
Фото: hrgolos.ru
БЛИЦ

Почему для вас образ идеального кандидата слоно-зебра-жираф?

– Никакого идеального кандидата нет, есть идеальный кандидат для конкретной позиции. Идеальный кандидат – кандидат, у которого много разного успешного опыта.

Откуда взялся слоно-зебра-жираф?

– Мне когда-то его подарили, он ждет нас в офисе. Это прекрасный шизофренический зверь, талисман нашего агентства.

Вы говорили, что работаете на Samsung, а не на Apple, потому что вы должны быть на той же технике, которой пользуется большинство ваших соискателей.

– Поэтому я уже на Apple.

Вы балетный критик?

– Да.

Балеты, которые сейчас показывают онлайн – это балеты или суррогат?

– У меня настолько сильная прививка от балета, что с тех пор я балет ненавижу, очень люблю оперу. Сейчас ночами, когда остается время, с большим удовольствием слушаю оперу, прежде всего, Метрополитен-опера и еще что-то интересное. Немного французской, немного Венской, но в основном, конечно, Метрополитен-опера. Она сейчас открыла те спектакли, которые никогда не открывала в мирное время.

Вы ненавидите сказки?

– Да. Дело в том, что папа, который недавно умер, был профессиональным писателем и сказочником. Все детство меня мучил тем, что писал огромное количество сказок и посвящал их мне. Как и любой писатель, любил читать их публично, показывая: "А вот это вот Оленька, это для нее", – все на меня смотрели, тыкали пальцем – ненавижу.

И вы говорите, что писатель Грин "портит девушек" и что "ценности, навязанные Толстым, могут сделать человека несчастным". Про Грина, кстати, я тоже думала. В детстве любила "Алые паруса", и только потом додумалась, что это воспитание запроса, что девушка должна сидеть и ждать - принца на белом коне, под алыми парусами.

– Это чудовищно!

У всех своих гостей спрашиваю про любимые сказки их и дочери, но, как я понимаю, вас бесполезно об этом спрашивать.

– Тяжело, да.

Дочке вы читали книги перед сном?

– Конечно читала. Она очень любила "Алису в стране чудес" в совсем детском изложении. Дочка у меня взрослая уже, она выросла на "Гарри Поттере"

Читала в вашем интервью, которое вышло летом, что вам год не хватает влюбленности.

– Наверное, да.

Также в одном из интервью, что вы часто ходите в рестораны на встречу с красавцами-мужчинами по работе. А если вы приходите на свидание, на какой минуте вам хочется его структурировать и правильно выстроить?

– На такие классического вида свидания я не хожу очень давно. Это вопрос не возраста, а вопрос в том, что мне это не очень интересно. Вы правы, я переведу свидание в разряд собеседования. Но обычно все получается иначе: мы начинаем общаться по работе, либо это собеседование, либо клиент, а потом это переходит в более близкие отношения.

Выстраивать отношения на первом свидании как собеседование вы не пытаетесь?

– У меня был такой опыт, нам обоим очень не понравилось.

Почему вы не любите "Атлант расправил плечи"?

– Поскольку это неправда.

Буддисты говорят, что имя – это судьба. У вас одно имя в паспорте, а под другим вас все знают – вам так удобно?

– По профессии я журналист, это случилось очень просто. Когда мне было 14 лет, я пришла в молодежную газету. Мой папа был известным журналистом в областной газете. Опубликовали первые две мои заметки, потом пришли к папе и ко мне, сказали: "Нельзя" – династии журналистов не приветствуются. Династии трактористов приветствуются, а журналистов нет. Тогда я взяла псевдоним по своему отчеству: я Владимировна, поэтому Владимирская. Моя фамилия Аринина, от нее взяли первую букву – А. Владимирская. Потом говорят: "Надо полное имя", – какое самое близкое к Ольге на "А"? Это Алена – так и получилось. Мне настолько привычно, что не знаю, как бы сложилась жизнь, если бы была Ольгой. Сейчас я не откликнусь потому, что просто не признаю свое имя. Когда я прихожу в государственное учреждение и меня зовут Ольга Владимировна, то мне всегда нужна пауза, чтобы понять, что это я. С 16 лет, как я окончила школу, меня никто не называл Олей. Дальше поступала на журфак и шла уже под псевдонимом. К тому моменту была уже членом союза журналистов, это давало какие-то льготы.

С какого возраста вы перестали внутри быть Ольгой?

– Внутри с 14, как только меня назвали, а вообще с 16, когда окончила школу.

Но паспорт вы не поменяли?

– Нет.

Нет такого раздвоения личности?

– Мне так не нравятся наши государственные учреждения, и возможность туда не идти всегда надо использовать.

Вы как-то сказали, что выход из вашего проекта "Антирабство" получился "не такое звездное, как я планировала".

– Его надо было тащить дальше и можно было дотащить до очень большого экзита. Это был мой партнерский бизнес, там есть партнер Алексей Федоров, который остался в бизнесе. Где-то за год до того как я продала свою долю, мы с ним разошлись в абсолютном видении, как развиваться дальше. У нас было 50 на 50, в результате мы вошли в очень жесткий клин: Леша хотел развивать своим образом, я - своим, мы не могли договориться. Уже понимала, что хочу делать то, что делаю в "Лаборатории карьеры Алены Владимирской," и мне это сейчас очень нравится. При первой возможности я продала свою долю.

Вопросы и комментарии от зрителей нашего эфира.

Татьяна Будицкая, училась у нас в Мастерской сериалов, пишет: "Грин не об этом, а о том, что ты можешь сотворить чудо для другого человека".

– Я не говорю, что все должны возненавидеть Грина. Для меня эта история, как сделать женщину несчастной.

Елена Юркина спрашивает: "Онлайн-образование будет процветать"?

– Одна из самых переоцененных отраслей – онлайн-образование. Онлайн-образование испытывает гигантский кризис. Во-первых, вчера-сегодня вышли с каникул дети, выяснилось, что у нас онлайн-образование не готово, оно просто не может учить. Дело даже не в техническом состоянии платформ, а в ментальности учителя и ментальности ученика. Во-вторых, онлайн-образование, чтобы сейчас собрать пользователей, выбросило на рынок кучу бесплатного чудовищно сделанного контента, в результате чего обесценило само себя. Онлайн-образование расти будет, но после окончания карантина его ждет жесточайшее переосмысление себя, закрытие множества проектов, переосмысление и открытие новых. Самое главное сейчас – разочарование инвесторов и ключевых стратегов в покупке онлайн-проектов, поэтому в ближайшее время там будет с деньгами тяжело.

Вы говорите, что в Москве вы снимаете, но дочке вы квартиру купили, почему?

– До определенного возраста родитель должен воспитывать, давать радость, возить на море, кормить клубникой и давать лучшее образование. К моменту взросления ребенка ты должен дать лучшее образование, которое можешь, какое хочет ребенок, и обеспечить, условно, стартовый капитал. В нашей стране – это квартира.

Онлайн-образование расти будет, но после окончания карантина его ждет жесточайшее переосмысление себя, закрытие множества проектов, переосмысление и открытие новых.

Вы такая русская мама, которая считает, что квартиру ребенку мама обязана.

– Я еврейская мама.

Но себе при этом мама квартиру не обязана.

– У меня есть квартиры в Питере и в Вологде, я их когда-то купила. Квартира в Москве, которую бы хотела в районе Чистых прудов, где живу, купить себе не могу. А ту, которую могу, в той жить не хочу. Поэтому мне удобнее снимать.

Давайте вернемся к вопросам наших слушателей. Ольга Ненахова: "Как вы пришли к hr-продюсированию? Как попасть на обучение этому направлению?"

– Мы сейчас не обучаем, поскольку не знаем, как это делать онлайн. Мы будем открывать обучение снова осенью. Как попасть к нам на hr-продюсирование – все на сайте www.vladimirskaya.com. Почему мне нравится то, что мы делаем сейчас. Мы перестали заниматься историей просто про трудоустройство – впихни человека любой ценой. Мы стали брать меньше людей, но работать более точечно, находить именно ниши. Условно, мы смотрим человека и говорим: "Окей, ты хочешь перейти в другую отрасль потому, что ты хочешь или потому, что отрасль твоя терпит крах?". Мы разберем по кусочкам, мы не лезем в личное, поймем, что в человеке может быть ценно в других отраслях, пересоберем и дальше поможем. Не надо на нас перекладывать ответственность, мы поможем тебе продаться через наши связи в другие отрасли. Дико интересно растить людей и менять их карьеру, а не запихивать на работу.

Полина Петрова: "Как думаете, что ожидает рынок hr-агентств и сферу employer branding?"

– Рынок hr всегда на всех кризисах испытывает одно и то же – заказы на хантинг сокращаются до минимума, где-то полгода заказов не будет. Будет только у супер имен или супер агентств. Потом потихоньку начнут возвращаться. Чтобы хорошо жить на хантинговом рынке, делайте себе супер имя в какой-нибудь из отраслей, желательно, чтобы эта отрасль росла. Тогда в кризис будет похуже, нервнее, но выжить можно.

Дмитрий Слободчиков: "Что будет с продажами сложной техники для b2b?"

– Переквалифицируйтесь в какую-нибудь продажу автоматизаций. Сейчас будет плохо, если речь не идет о медицинской и о военной технике, и о том, что обслуживает кибербезопасность.

"Можете ли вы рассмотреть резюме и дать рекомендацию, куда двигаться дальше?"

– Подавайте через сайт vladimirskaya.com, у нас есть бесплатный сервис. В любой день вы можете задать вопрос конфиденциально, прикрепляете резюме, если нужно, и в течение суток, иногда двух, мы обязательно вам отвечаем.

Полина Мыцало "Какие направления в hr будут исчезать, а в каких будет рост?"

– Если про направления, то впереди все, что связано с обучением, с автоматизацией hr. Постепенно будет уходить КДП, хотя сейчас его рассвет из-за новых постановлений нашего правительства. Автоматизация hr – это то, что будет расти.

Елена Еркина: "Какие мысли по поводу Интернет-магазинов?"

– Зависит от того, какой Интернет-магазин. Если не продовольственных товаров, будет очень тяжело сейчас: люди покупать не будут. Все будет зависеть от товара и от маркетинга. Кто-то выкрутится, кто-то придумает новые ниши, новые товары, новые формы стимулирования, кто-то умрет. С продуктовыми товарами все будет хорошо, но будет очень сильная реформа, переосмысление того, что нужно, какие люди нужны – будет своя внутренняя революция.

Татьяна Будицкая: "Что будет с индустрией производства сериалов и будут ли востребованы сценаристы?"

– Сегодня было интервью с Муруговым в онлайне. Он говорил, что сериалы возродятся, и в этом есть какой-то смысл, потому что всегда в тяжелые времена развлечения нужны. Другой вопрос – они станут дешевыми, фактически наколеночными, но это не значит плохого качества. Бекмамбетов сейчас снимает сериал в Instagram в онлайне на пару камер.

Сейчас практически все из дома снимают.

– Да, а сейчас у нас километровый бюджет, много камер, вертолеты – этого не ждите.

Юрий Иванов: "Работаю бизнес-тренером в компании. Мне 52 года, на кого переучиваться и где искать работу?"

– Если вы работали бизнес-тренером, берите кусок, связанный с продажами, становитесь внутренним руководителем направления продаж в компании ваших клиентов. Все, что растит продажи, сейчас дико востребовано.

Ольга Казимирова: "Имея большой опыт в автомобильном бизнесе, куда лучше переходить, если рассматривать всю транспортную отрасль?"

– Присылайте резюме на сайте, я посмотрю и вам отвечу.

"Как объективно поднять свою значимость и цену на рынке"?

– Цену на рынке поднимает только профессиональная репутация, не путать с личностной раскруткой. Профессиональная репутация, – когда о ваших проектах знают лидеры отрасли. Лидеры отрасли – это хедхантеры, которые специализируются в отрасли, руководители и лидеры мнений. Большая часть крутых, интересных вакансий и проектов никогда не бывает в публичном доступе и ни на каком Headhunter не вывешивается. "Порекомендуй мне кого-нибудь" – спрашивают эти люди друг у друга. Если они знают вас и ваши проекты, то они вас позовут. Если что, приходите к нам, у нас есть новый продукт "Профессиональный бренд".

Вы несколько раз сегодня сказали "присылайте нам резюме". В одном из интервью говорили, что 300 писем в день к вам приходит.

– Это было еще хорошее время. Мы сегодня открыли почту, а там 987 вопросов.

Вы лично каждое смотрите, или вам отдают уже отсортированные?

– Нет, это невозможно. Мы должны ответить не позднее, чем за два рабочих дня. У меня есть кураторы направлений, которые специализируются по тематикам. Анна, старший куратор, до этого была hr бизнес-партнером, hr-директором в крупных банках близко к государственному сектору, она лучше разбирается в этих сферах. Карина работала в крупных государственных корпорациях. Дмитрий был hr бизнес-партнером в крупных юридических компаниях. С утра два специальных человека проходят и разделяют вопросы по специализациям, дальше отвечает куратор по специализации. Если медиа, реклама, маркетинг, PR, IT, digital, то буду отвечать лично я.

Цену на рынке поднимает только профессиональная репутация, не путать с личностной раскруткой.

В своем посте в Facebook, после смерти вашего папы, вы написали очень щемящий текст о папе и о похоронах, что даже на поминках под столом вы проверяете рабочую почту.

– Я трудоголик, но это было не про то. Пост был еще и про блогера Екатерину Диденко, у которой на день рождения утонул муж в бассейне, он и гости задохнулись. Все над ней страшно глумились, что после этого она бегает по эфирам и улыбается. В посте рассказывала, что не знаю, что там у нее, рассказывала о своей защитной реакции. Пост был о защитной реакции: то, что там девочка бегает в эфир может означать не то, что она не любила мужа, а, может, это способ пережить горе, организм находит какие-то замещения.

Ты не можешь быть готов к смерти близкого человека, даже если ты к ней готовишься. Папа долго болел, в последнее время мы понимали, что счет шел на дни, к этому готовым быть нельзя. Защитная реакция может быть разной. Сначала меня вытащила организация похорон, поминки – там много тупой работы и работы, к которой ты не готов, потому что понятия не имеешь, как ее делать, у тебя нет навыка и привычки. До меня докатило, когда я уже ехала в поезде из Вологды, прошла неделя.

Когда вы последний раз плакали?

– Периодически я люблю порыдать. Могу порыдать над фильмом. Или что меня, условно, никто не любит. Я тут не железная ни разу.

Вы победили рак. Когда произносится слово "рак", главное ощущение какое?

– Из своего рака я вынесла два урока.

Первый – злость. Когда мне сказали, на тот момент уже сильно болел папа, была не замужем дочка, и я понимала, что на мне огромный груз ответственности – фирма, семья. Мне нельзя умирать, и не могу быть недееспособна, потому что на этом все рухнет: на мне большое количество людей.

Второй урок напрямую связан хедхантингом: деньги – это очень важно. Не знаю, что бы со мной было, если бы не лечилась в Израиле. Ничего про нашу медицину не скажу, моя бабушка была врачом, я уважаю врачей. В такие моменты ты злишься, говоришь, что не имеешь права расслабиться, вытаскиваешь все деньги, которые есть, и на них лечишься.

Можете ли назвать порядок цен? Во что обошлось вам излечение?

– Все вместе, условно, со всеми переездами, житьем было около 120 тыс. долларов.
БЛИЦ ПРО КОРОНАВИРУС

Знаете ли вы лично людей, заболевших коронавирусом?

– Да.

Меры, принимаемые сейчас в России, недостаточны, излишни или в меру?

– В меру.

Вам страшно?

– Мне страшно, что будет дальше. Самого вируса не боюсь, боюсь за маму.
БЛИЦ НЕ ПРО КОРОНАВИРУС

Что вы сделали первое, когда встали сегодня утром?

– Первым делом лезу в рабочий чат и смотрю свое расписание. Если раньше ко мне ходили люди живьем, то теперь в Skype, расписание плавает, и мне важно не проспать – я очень страшная соня.

Какой последний фильм, сериал, книга, которые вы прочитали или посмотрели?

– Смотрю практически каждую ночь фильмы, оперу. Вчера смотрела "Джентльменов".

Если возможно все, где бы вы хотели встретить завтрашний день?

– Сейчас любой человек хочет встретить его не дома и куда-нибудь выйти. У меня много любимых мест, сейчас хотела бы поехать в Париж. Одна из таких вещей, которых меня лишил вирус – у меня были билеты на маленькие концерты Мадонны, они были в Париже и, к сожалению, накануне закрыли все, я рыдала. Ну вернули мне 400 евро, бог с ними, но я не увидела Мадонну живьем на маленькой сцене.

Могу только пожелать вам, чтобы когда все наладится, вы увидели Мадонну на маленькой сцене.
Made on
Tilda